4 мамы о том, как и почему их дети не ходят в школу

Несколько тысяч детей в Украине выбрали не ходить в школу. Такие подсчеты провела одна из героинь этого текста, общественная активистка в сфере хоумскулинга Рина Леон.

С некоторыми детьми занимаются родители, с кем-то репетиторы или тьюторы – но все хоумскулеры должны проходить аттестацию в школах, чтобы перейти в следующий класс.

По словам Рины, обучение дома в Украине предполагает, что родители обязуются обучить ребенка в соответствии с программой и выполнить государственный стандарт, который определяет, что должен знать ученик на том или ином этапе обучения.

Юридически в Украине есть несколько форм обучения, позволяющих учиться дома: экстернат, индивидуальный график (домашнее обучение), заочная форма обучения и дистанционное образование.

Последнее, как говорит Рина, полностью реализовано только в четырех частных украинских школах. Другие школы на самом деле только аттестуют детей, но не уделяют внимания процессу обучения.

Хотя закон Украины «Об образовании» позволяет свободно выбирать форму обучения, у хоумскулеров есть возможность проходить аттестацию всего в нескольких лояльных к ним государственных и частных школах по всей Украине.

Вы можете жить на западе Украины, а проходить оценивание, например, в Киеве – потому что рядом с вашим домом просто нет школы, которая принимает хоумскулеров, или же аттестация там проходит так часто, что легче раз в год приехать в Киев.

О том, почему дети переходят на хоумкулинг и как происходит обучение, рассказали их мамы на семейном лагере «Освітній експеримент».

ab1826d-anastasiya-leukhina

АНАСТАСИЯ ЛЕУХИНА,

Киев-Чернигов

Мой сын Клим ходил в школу, и первые пару лет ему там даже нравилось. Мы перешли на хомскулинг в 4 классе, и уже три года так учимся.

Почему перешли? Есть две истории.

У меня был хороший опыт образования: пять лет я училась во Львове в первом экспериментальном классе Эзры Щебальского, и для меня это было нестандартное школьное образование.

Потом я училась в американской школе, в американском и канадском университетах, Киево-Могилянской Академии.

Я понимала, что есть разное образование, разное качество и разные учителя – и не обязательно мириться с тем, что тебе предлагают. Особенно, если предлагаемое не совсем подходит.

В Климиной школе меня не устраивало то, что я вижу – шаблонность, коллективность, порядок принятия решений; тебя считают кошельком, стадом, которое ни на что не влияет, и мне не нравилось быть в этой роли.

Несколько лет мы пытались работать с этим, задавать хотя бы вопросы администрации и учителю. Пока это не влияло на отношения Клима с учительницей, мы продолжали посещать школу.

Continue Reading →

Гудбай, школо

— Этим летом к двум специальностям в музыкальной школе (фортепиано и вокал), которыми овладевает Клавдия, прибавилась еще скрипка. Делаем эксперимент, — рассказывает о своей дочери Рина Леонтьева.

— На мне, — смеется 10-летняя Клавдия. — Почему на мне?

— Но ты же можешь отказаться в любой момент. Я не против. Хочешь?

— Нет.

освітній експеримент на обирку 2017

Фото: Диана Буцко

Жизнь шестиклассницы Клавдии Леонтьевой концентрируется вокруг музыкальной школы. Поскольку она не ходит ежедневно в учебное заведение, это позволяет больше внимания уделять музыке. Клавдия с первого класса на семейном обучении.

Таких как она — хоумскулеров, т.е. обучающихся дома — в Украине несколько тысяч. Поскольку украинское законодательство не предусматривает такой формы, как семейное обучение, родители выбирают альтернативные, закрепленные в законодательстве, — индивидуальное, заочное (вечернее), экстернат или дистанционное обучение. Вскоре законодатели могут восполнить это упущение.

10 июля в Раде ко второму чтению подготовили проект «Закона об образовании», который вводит понятие семейного образования и определяет его как «способ организации образовательного процесса детей самостоятельно их родителями для получения формального (дошкольного, полного общего среднего) и/или неформального образования».

Действующий Закон «Об образовании» возлагает ответственность за образование на родителей (статья 59). Родители обязаны «способствовать получению детьми образования в учебных заведениях или обеспечивать полноценное домашнее образование в соответствии с требованиями по его содержанию, уровню и объему».

Пока же вопрос о легализации семейного обучения висит в воздухе, хоумскулеры выбирают удобные для них образовательные формы. Почему они решили не водить детей каждый день в учебное заведение и как с этим справляются – в историях учащихся и их родителей.

«Большой взрыв» наизусть

У Клавдии собранные в хвост длинные волосы, карамельный загар и карие глаза. Она кажется открытой и с легкостью поддерживает разговор. Девочка перешла в шестой класс харьковской школы «Очаг», где осваивает школьную программу на дистанционном обучении. Клавдия восторженно рассказывает, как учит португальський и играет на барабанах на занятиях по борьбе капоэйро, которые посещает три раза в неделю. Ежедневно Клавдия занимается музыкой. Когда не ходит в музыкальную школу, играет дома. Еще любит читать и знает некоторые серии «Большого взрыва» на английском наизусть.

Continue Reading →

Интервью WoMo

Анастасия Леухина: «Когда ты выбиваешь право на свое достоинство – это очень важно. Но если это достоинство нужно лишь единицам, то системно ничего не будет меняться»

Личная история, которая меняет систему

анастасия леухина интервью

Одной из самых успешных социальных инициатив прошлого года стала #пуститевреанимацию – кампания, направленная на то, чтобы открыть двери реанимационных отделений для родственников пациентов, отменить советскую практику запретов на посещения. Это общественное движение – пример успеха, так как в результате МОЗ выпустило приказ №592 о доступе близких пациентов в реанимацию. Сооснователем движения #пуститевреанимацию является Анастасия Леухина, аналитик, преподаватель, координатор социальных и реформаторских проектов, которая рассказала о том, что на самом деле считать успехом социальных инициатив и каково это – быть активистом в Украине.

Кампания #пуститевреанимацию – это первый ваш общественный проект? Какова ваша мотивация заниматься социальными инициативами?

С точки зрения социальных проектов, я работаю по двум линиям: профессиональной и личной. Моя кандидатская диссертация была посвящена гражданскому обществу, я много работала с программами технической помощи, развития гражданского общества, например, в USAID разрабатывала программы поддержки гражданского общества в Беларуси. Мне это интересно с профессиональной точки зрения. С другой стороны, я всю жизнь живу социальными проектами, тестирую, каково это – быть гражданским активистом, что возможно сделать. Только через собственный опыт можно понять границы возможного и невозможного. Я пришла к выводу, что у нас в стране невероятное количество возможностей и мы можем делать все, что захотим, только если приложим к этому усилия. Мы просто этого не делаем.

#пуститевреанимацию – это, наверное, самый большой и системный проект, в который я влилась. Но даже как индивидуальный гражданин я все время стараюсь чего-то достичь в каких-то мелочах, в отношениях с государством. Например, я умею пользоваться письмами как инструментом работы с властями. Я считаю, что обыкновенное бумажное или факсовое письмо – это самый дешевый и безболезненный способ сражаться. Я достаточно часто пишу письма, фактически лет с 20-ти вхожу в коммуникацию с властями по разным поводам – про разбитый двор, пропавшие люки, не работающее освещение на улицах.

Continue Reading →

Открытые реанимации: за и против – За живе! Сезон 3. Выпуск 59 от 7.12.16

В июне 2016 года был подписан указ об открытии реанимаций для посещений. Но до сих пор и среди врачей, и среди обычных украинцев есть масса противников такого нововведения. Что же лучше: открытые или закрытые отделения интенсивной терапии? Действует ли указ на практике, и какие его последствия? Смотрите в видео!

План на завтра. Як полагодити світ?

У нервовій системі держави громадянин – це нерв, завдяки якому до влади надходить інформація. У цьому на власному досвіді переконалася співавторка дистанційного курсу «Як полагодити світ навколо себе: практичний путівник з громадського активізму» Анастасія Леухіна. Вона вважає, що з владою потрібно співпрацювати, використовувати всі інструменти впливу. І тільки, коли все це безрезультатно, тоді можна починати воювати.

Про безлімітну ступінь свободи і можливостей в Україні, чиновників, яким не вистачає досвіду й знать, а також про тест на справжність для активістів – у програмі «План на завтра».

Как «починить» мир вокруг нас?

Что может сделать отдельный гражданин для того, чтобы «починить» мир, в котором он живет? Какова его роль в процессах улучшения общества и можно ли научиться управлять ими?

Глава аттестационной комиссии Национальной полиции, соавтор кампании за закон об открытых реанимациях, аналитик украинского монитора реформ Международного фонда Карнеги Анастасия Леухина и координатор проекта «Интересный Киев», создатель волонтерской группы «Эскадроны добра», сооснователь центра на Фроловской Арсений Финберг на своем опыте убедились, что мир вокруг нас, каким бы несовершенным он ни был, поддается влиянию. И чтобы поделиться своим опытом, они создали открытый онлайн-курс «Як полагодити світ навколо себе: практичний путівник з громадського активізму».

В студии IDEALIST.media Анастасия и Арсений рассказывают о самом курсе, о том, как, зачем и для кого он был создан.

Как маленькая группка людей сдвинула с «мертвой точки» целый Минздрав

Кампания #пуститевреанимацию была не только успешным взбалтыванием бури в стакане прогнившей системы здравоохранения. Она стала живым доказательством того, как маленькая кучка людей может изменить даже отечественный МОЗ.

Прецедент этой кампании важен с точки зрения того, как можно не просто кричать о своей боли или протестовать, а довести свою боль и энергию протеста до утвержденного документа, до базы системных изменений внутри отечественной медицины.

До недавнего времени ни родственники, ни другие посетители не могли повидаться с пациентами реанимаций.

Это приводило к тому, что дети в реанимациях неделями не видели своих родителей, к тому, что и дети, и взрослые умирали в одиночестве, так и не попрощавшись со своими родными.

Родственники пациентов неделями находились в информационном вакууме, дежурили на лестничных клетках под дверями отделений, передавая по списку купленные лекарства для своих родных и не имея никакой информации ни о состоянии пациента, ни о его лечении, ни об использовании купленных лекарств.

Кампания за открытие реанимаций с популярным хештегом в фейсбуке #пуститевреанимацию успешна и особенна следующим:

Continue Reading →

О патрульных, ремнях безопасности и слабаках

Дома меня ждет 10-летний сын. Он расстроен. Его только что подвезли патрульные домой поздно вечером на приусе из-за нерасторопной мамы, забывшей документы дома.

«Мама, мне соврали. Твои новые патрульные мне соврали. Мы спросили у них, почему они едут в машине не пристегнутыми, и они начали молоть какую-то чушь о том, что им закон запрещает пристегиваться. Но ведь это не правда.»

На самом деле по правилам они могут не пристегиваться, но это идет вразрез с их внутренними рекомендациями и здравым смыслом. Пункт ПДД может делать для них исключение, но физика его делать не будет. Их тела в бронежилетах за счет веса будут влетать в лобовое стекло еще с большей скоростью. Ну и обманывать детей, перекручивая правила, – это совсем не то, чему мы их учили.

Ремни безопасности у нас в обществе в целом, да и внутри патрульной полиции в частности – это цивилизационная граница между прошлым и будущим.

Водители говорят, что не будут пристегиваться, пока их за это не штрафуют. Патрульные не обращают внимание на такое «мелкое нарушение», да и сами зачастую не пристегиваются. Continue Reading →